Последствия разоблачения культа личности сталина. Как сталин боролся со своим "культом личности"

Ровно 60 лет назад в советских газетах было опубликовано постановление ЦК КПСС «О преодолении культа личности и его последствий».

Постановление ЦК Компартии «О преодолении культа личности и его последствий» было напечатано в советских газетах 30 июня 1956 года по инициативе тогдашнего главы СССР Никиты Хрущева. При этом еще в феврале того же года советский лидер выступил на XX партийном съезде, где подверг личные качества Иосифа Сталина и проводимую им политику серьезной критике, обвинив бывшего вождя в злоупотреблении властью и массовых репрессиях. Выступление Хрущева на XX съезде и последующее за этим опубликование его доклада в газетах имело своей целью пролить истинный свет на государственную политику 30-40-х годов, однако именно нападки на Сталина заложили бомбу в фундамент Советского Союза, которая и рванула спустя менее чем 25 лет после «хрущевской оттепели».

Опубликованное 30 июня 1956 года постановление было призвано выразить позицию тогдашней постсталинской элиты о её отношении к бывшему советскому вождю. При этом стоит отметить, что оценка Сталина здесь была уже не такой резкой, как в докладе Хрущева на XX съезде несколько месяцев назад. Во многом это объясняется тем, что во власти всё еще находились люди, которые были ближайшими соратниками Сталина (Молотов, Маленков и другие) и которые довольно отрицательно воспринимали попытки Хрущева за счет нападок на «отца народов» повысить свой собственный авторитет в партии и народе.

К тому же Хрущев не без основания опасался, что слишком резкая оценка роли Сталина в опубликованном постановлении вызовет серьезные общественные волнения и приведет к падению авторитета Компартии не только в СССР, но и во всем мире, прежде всего в странах Соцлагеря. «XX съезд партии по инициативе Центрального Комитета счел необходимым смело и открыто сказать о тяжелых последствиях культа личности, о серьезных ошибках, которые были допущены в последний период жизни Сталина, и призвать всю партию общими усилиями покончить со всем тем, что повлек за собой культ личности. При этом ЦК отдавал себе отчет в том, что откровенное признание допущенных ошибок будет связано с известными минусами и издержками, которыми могут воспользоваться враги», - говорилось в постановлении. И действительно, то, что было опубликовано произвело эффект разорвавшейся бомбы, осколки от которой оставили глубокие раны на теле нашей Родины и её народа.

Газета «Правда»

В постановлении отмечалось, что культ личности Сталина - это, во многом, производные от жестокой внутрипартийной борьбы 20-х годов, тяжелой международной обстановки того времени: «Сложная международная и внутренняя обстановка требовала железной дисциплины, неустанного повышения бдительности, строжайшей централизации руководства, что не могло не сказаться отрицательно на развитии некоторых демократических форм». При этом те методы, которыми бывший вождь действовал во время внутрипартийной борьбы со Львом Троцким и его соратниками были

названы Хрущевым «непристойными»: «В этой борьбе Сталин применял порой недостойные методы, нарушал ленинские принципы. В этом состояла трагедия Сталина…». Кроме этого, складывание культа личности объяснялось личными качествами самого Сталина, которому роль главы государства вскружила голову и заставила почувствовать своё собственное величие: «С именем Сталина стали неправильно связывать все наши великие победы. Успехи, достигнутые Коммунистической партией и Советской страной, восхваления по адресу Сталина вскружили ему голову. В этой обстановке стал постепенно складываться культ личности Сталина».

Более того, постановление обвиняло Сталина в искажении коммунистической теории, а также стремлении абсолютизировать свои ошибочные представления в масштабах всей страны и возглавляемого ею Соцлагеря: «Некоторые ограничения внутрипартийной и советской демократии, неизбежные в условиях ожесточенной борьбы с классовым врагом и его агентурой, а позднее в условиях войны, Сталин начал возводить в норму жизни… Ошибочная формула Сталина о том, что будто бы по мере продвижения к социализму классовая борьба будет все более обостряться… была выдвинута на первый план в 1937 году, в момент, когда социализм уже победил в нашей стране…». Для подтверждения правоты всего вышесказанного Хрущев прибег к авторитету Владимира Ленина , упомянув о его знаменитом «Письме к съезду» 1922 года, где вождь мирового пролетариата крайне отрицательно высказывается о личных качествах Сталина и говорит о нежелательности сосредоточения власти в его руках.

Сталин и Хрущев

Сразу после публикации постановления по всей стране начался так называемый процесс «десталинизации», который очень напоминал процесс «декоммунизации» в одной знакомой нам стране. Убирались все внешние изображения Сталина - от сносимых памятников до плакатов, в том числе фотографий в печатных изданиях. А спустя 5 лет в 1961 году XXII съезд КПСС признал невозможным в дальнейшем нахождение тела Сталина рядом с телом Ленина в Мавзолее на Красной площади в Москве. После этого тело бывшего советского вождя было вынесено и перезахоронено у стены Кремля. Причем сделано это было в строжайшей секретности - ни радио, ни телевидение, ни газеты не сказали об этом не слова. Будто бы была произведена диверсионная акция, факт о которой необходимо было до поры до времени скрыть от глаз советского народа.

В целом же составители доклада и постановления преследовали две цели: посильнее очернить Сталина и, в то же время, как можно больше обелить самих себя. Прочитав доклад Хрущева и напечатанное затем в газетах постановлении «О преодолении культа личности», складывается ощущение, что что всё хорошее, что произошло в СССР в сталинское время, в том числе победа в Великой Отечественной войне стало возможным не благодаря Сталину в том числе, а вопреки ему и его «бездарной политики». «вождь народов», якобы, ничего хорошего не сделал, а лишь приписал себе все достижения других. Прежде всего тех, кто инициировал антисталинскую кампанию. Сталин, представленный в этих «разоблачениях» не иначе как моральным уродом, якобы, только и делал, что репрессировал. Тогда как тот же Хрущев, бывший в 30-40-х годах первым секретарем ЦК Компартии Украины (фактическим руководителем УССР) и имевший непосредственное отношение к тамошним репрессиям, оказался ни к чему непричастен. Виноватым во всем выставили исключительно Сталина и его ближайшее окружение, для Хрущева это было удобно и безопасно.

Хрущев на XX съезде КПСС

Как бы то ни было, но после публикации постановления началась активная реабилитация невинно осужденных. Так, только с 1956 по 1957 год было реабилитировано более 500 тысяч человек. Несомненно, реабилитация невиновных - дело хорошее, однако во многом она проводилась с целью скрыть соучастие самого Хрущева и его приближенных в репрессиях тех лет. Создание в народном сознании образа Сталина как палача и кровопийцы, а также возвеличивание своего собственного образа как «освободителя» - всё это было обусловлено желанием главы советского государства создать себе исключительно позитивный образ, противопоставлявшийся бы абсолютно негативному образу «вождя народов». К сожалению, во многом Хрущевым двигала именно корысть, а не желание реально помочь тем людям, которых он, в том числе, в своё время отправил за решетку.

При этом стоит отметить, что инициированная руководителем советского государства антисталинская кампания оттолкнула от СССР некоторых союзников по мировому Соцлагерю. От него вскоре отпала Албания, произошло кровавое восстание в Венгрии в 1956 году, которое пришлось подавлять с помощью советских войск. Кроме этого, резко испортились отношения с Китаем, вождь Которого Мао Цзэдун называл Хрущева предателем коммунизма. По сути говоря, именно действия советского лидера стали предтечей советско-китайских столкновений на острове Даманский, которые чуть не переросли в полномасштабную войну. Да и в целом, очернение личности Сталина, создавшего мировую систему социализма, поставило на этой самой системе крест. положительный образ «вождя народов» был тем фундаментом, на котором держались крепкие взаимоотношения между странами соцблока, прежде всего в Организации Варшавского договора. А если эта система создана «палачем, убийцей и душителем свободы», то нужна ли такая система?

Антисоветское восстание в Будапеште, 1956 год

Примерно в том же ключе стали думать и сами граждане СССР, проникшиеся после публикации постановления ненавистью к своей собственной стране. Фактически, именно действия Хрущева заложили бомбу под фундамент СССР, которая рванула спустя 20 лет. При этом примечательно, и это актуально и для нашей текущей-общественно-политической ситуации, что те, кто ругал и ругает Сталина сами в плане политического управления представляют из себя полные нули, оставляя в результате своей деятельности разрушенную страну и десятки миллионов бедняков. Пример главных десталинизаторов нашей современности - Михаила Горбачева и Бориса Ельцина весьма показателен.

Кроме того, именно Хрущев, Горбачев и Ельцин делали всё возможное, чтобы в стране образовалась огромная пропасть между бедными и богатыми. При Хрущеве партийная номенклатура получила невиданные ранее привилегии и гарантии безопасности. При Горбачеве и затеянной им перестройке экономики образовался класс новых собственников, зарабатывавших свои капиталы на мошенничестве и присвоении себе государственной собственности. Про ельцинское время, думается, и говорить не стоит. Именно в «благословенные 90-е» в России образовалось чудовищное неравенство, когда небольшая кучка олигархов владела большей частью богатств страны. При Сталине, несмотря на некоторые привилегии партийной элиты, такого неравенства не было. Вели себя тогдашние «небожители» достаточно скромно. Да и в целом жизнь тогда была небогатой, но достойной. Элита тогда не кичилась своей элитарностью, не выставляла её напоказ и не считала свою принадлежность к управляющему слою карт-бланшем на беззаконие и правовой нигилизм.

Кроме того, что бы там ни говорили некоторые наши политики и общественники, но Сталин является одним из символов нашей победы в Великой Отечественной войне. Часто можно слышать разговоры. что войну выиграл советский народ, а руководство во главе со Сталиным, якобы, ни при чем. Однако в подобных рассуждениях игнорируется тот простой факт, что победить в этой войне со столь страшным противником можно было только с железной организацией и четким руководством. И это стало возможным именно благодаря Сталину, в кратчайшие сроки перестроившим под военные нужды систему управления огромной страной. И в этом плане нападки на Сталина, вымарывание его образа из общественной памяти о ВОВ, убирает из под неё один из тех кирпичиков, на котором строится её фундамент.

Иван Прошкин

14 февраля 1956 года - начался ХХ съезд КПСС. На съезде был зачитан доклад Хрущева, разоблачающий культ личности Сталина.

К весне 1955 г. Н. С. Хрущев смог серьезно укрепить свои позиции в руководстве страны. Устранение Берии привело к заметному осложнению положения Маленкова. Он был снят с поста Председателя Совмина. Новым главой правительства стал министр вооруженных сил СССР Н. А. Булганин, человек малоинициативный и нерешительный.

После обвинения в причастности к репрессиям Маленкова в обществе вновь заговорили о сталинском наследии, о необходимости продолжения реабилитации. Поток выходивших на свободу политических заключенных, сроки наказания которых закончились, нес в общество новую информацию о сталинских беззакониях. Атмосфера в стране стала накаляться. В этой обстановке 31 декабря 1955 г. на заседании Президиума ЦК состоялась дискуссия о репрессиях 30-х гг., в центре которой оказалась судьба членов ЦК, избранного XVII съездом партии. По итогам обсуждения была создана специальная комиссия под председательством секретаря ЦК КПСС П. Н. Поспелова. Комиссии поручили изучить все материалы репрессий партийных и советских деятелей в 30-х - начале 40-х гг.

Обратив особое внимание лишь на преследования партийной олигархии и не касаясь репрессий против «социально чуждых элементов», комиссия представила многочисленные факты сталинских преступлений. Конкретные факты свидетельствовали о том, что Сталин сам руководил массовым террором. В частности, в республики, города, области «спускались» лимиты на аресты, и эта «разнарядка» утверждалась лично Сталиным. Эти факты поразили даже хорошо информированных членов советского руководства. «Если верны факты, разве это коммунизм?» - говорил Сабуров на специальном заседании Президиума ЦК, на котором рассматривался вопрос, как информировать партию о сталинских преступлениях. Ознакомившись с материалами, после долгих колебаний Хрущев принял решение заслушать доклад на съезде: «Несостоятельность Сталина раскрывается как вождя. Что за вождь, если всех уничтожил? Надо проявить мужество сказать правду. И если не сказать, тогда проявим нечестность по отношению к съезду».

К подготовке XX съезда был привлечен ряд старых большевиков, возвратившихся к этому времени из лагерей. Хрущев надеялся, что их выступления переломят настроение делегатов съезда. Вероятно, он вполне осознавал рискованность своей акции. Накануне открытия XX съезда делегатам разослали ранее не публиковавшиеся работы Ленина - письмо к съезду, письма по национальному вопросу.

Из-за противодействия Молотова, Ворошилова, Кагановича, Маленкова, непосредственно причастных к массовым репрессиям, вопрос о Сталине не был поставлен в Отчетном докладе ЦК. В результате компромисса доклад Хрущева «О культе личности и его последствиях» был заслушан на закрытом заседании съезда 25 февраля и впервые опубликован лишь в 1989 г. В нем Хрущев не сказал и не мог сказать всей правды о сталинских преступлениях по причине личной причастности к ним, а также из-за боязни лишиться возможных союзников в продолжавшейся борьбе за власть. Но и то, что услышали делегаты съезда, произвело на них впечатление разорвавшейся бомбы.

В секретном докладе говорилось о полном пренебрежении Сталина принципами коллективного руководства, о личной причастности «вождя народов» к массовым репрессиям, о жестоких пытках заключенных. На Сталина Хрущев возложил ответственность за тяжелое положение в сельском хозяйстве, за поражения Красной Армии на начальном этапе Великой Отечественной войны, за грубые просчеты и извращения в национальной политике.

В докладе причины возникновения массовых репрессий объяснялись исключительно личными качествами Сталина. Осуждая преступления Сталина, Хрущев стремился реабилитировать партию, идеи социализма и коммунизма. По этой причине не была затронута природа сталинского режима.

Ограничение на XX съезде критики сталинизма лишь культом личности, сохранение в неприкосновенности основных теоретических догм, на которых строился сталинский социализм, закрыли на многие годы путь к реальному реформированию советской системы. Консервативно настроенная часть советского руководства, «чтобы не развязать стихию», пыталась ограничить критику сталинизма строго определенными рамками. В партийных организациях после съезда зачитывался уже отредактированный вариант доклада Хрущева, который тем не менее вызвал широчайший резонанс в стране. Слухи о разоблачении культа личности Сталина быстро распространились в народе. Авторы многих писем в ЦК были недовольны тем, как вопрос о культе личности поставлен на XX съезде, и требовали осудить Сталина «посмертно партийным судом». Далеко не все в это время готовы были принять правду о Сталине. Ознакомившись с текстом доклада, тысячи людей впервые задумались о цене социалистических преобразований. Разоблачение Сталина для наиболее преданных сторонников режима означало, что многочисленные жертвы были принесены напрасно, а жизнь потрачена впустую.

В Грузии намерение властей убрать с постаментов многочисленные изваяния вождя задели национальные чувства. На многочисленных стихийных митингах и собраниях, проходивших в Тбилиси в первых числах марта 1956 г., политические требования немедленной смены руководства страны сопровождались призывами к открытой борьбе, изгнанию русских, выходу Грузии из состава СССР. 9 марта 1956 г., когда массовые просталинские волнения достигли кульминации, Москва приняла решение использовать силу. В результате погибли десятки людей.

Несмотря на половинчатость решений по вопросу о культе личности Сталина, XX съезд дал мощный импульс демократическим процессам в стране, возникновению политической оппозиции. Вместе с тем события в Тбилиси, а также сопротивление наиболее консервативной части партийных олигархов заставили Хрущева отказаться от полного развенчания сталинизма, чреватого окончательной потерей легитимности коммунистического режима. С лета 1956 г. официальная критика Сталина переводится в более спокойное русло. Однако кремлевской власти не удалось удержать начавшиеся перемены в обществе в рамках управляемой десталинизации. Развенчание сталинского мифа обезоружило наиболее преданных и фанатичных сторонников советской системы, вызвало к жизни мощные стихийные силы, идущие из народных глубин. Время безоглядной веры в коммунистические мифы прошло.

«Культ личности приобрёл такие чудовищные размеры главным образом потому, что сам Сталин всячески поощрял и поддерживал возвеличивание его персоны», - утверждает Хрущёв в своём докладе на XX съезде КПСС (О культе личности и его последствиях. Доклад Первого секретаря ЦК КПСС тов. Хрущёва Н.С. XX съезду Коммунистической партии Советского Союза // Известия ЦК КПСС. 1989. №3. С.157). Так ли это?

Два источника культа

Для начала следует сказать, что «культ личности» вовсе не является специфическим феноменом, присущим исключительно сталинскому СССР. Столь же неверно считать его проявлением «рабской русской души», о которой так любят глубокомысленно рассуждать западные психоаналитики (См. например: Ранкур-Лаферрьер Д. Рабская душа России. Проблемы нравственного мазохизма и культ страдания / Пер. с англ. М., 1996), а также холуйствующие перед «цивилизованным миром» доморощенные российские либералы. С первобытных времён до наших дней людям свойственно славить и возвышать своих лидеров. Не стала исключением и послереволюционная Россия. Стоило партии большевиков взять власть, как в адрес её руководителей полились нескончаемые потоки славословий. Советских вождей славили на митингах и съездах, их именами называли города и пароходы. В 1923 году город Гатчина был переименован в Троцк, в 1924 году Елисаветград - в Зиновьевск (ныне Кировоград), в 1923 году Миасс - в Тухачевск. Царицын стал Сталинградом лишь в 1925 году.

Крестьянство и рабочие Ярославского уезда выражают свою искреннюю преданность главарям нашего освободительного движения: уважаемому всеми товарищу Владимиру Ильичу Ленину (аплодисменты), великому народному вождю Красной Армии т. Троцкому (аплодисменты) и всем другим соратникам нашей великой грозной армии - т.т. Зиновьеву, Каменеву (аплодисменты) и вам всем товарищам вкупе (аплодисменты).

Да здравствует наш мировой вождь т. Ленин (аплодисменты) и наши стальные вожди т.т. Троцкий, Зиновьев и Каменев! (аплодисменты).

(Там же. С.97–98).

Да здравствует XII съезд Российской Коммунистической партии! Да здравствует его благотворные работы по расчищению путей социализма! Да здравствуют вожди т.т. Ленин, Троцкий, Бухарин, Зиновьев и Сталин! (Аплодисменты).

(Там же. С.531).


Как мы видим, в тогдашних здравицах фамилия Иосифа Виссарионовича занимает отнюдь не ведущие позиции.

Получив реальную власть, Сталин, вопреки расхожим представлениям, откровенно тяготился подобными славословиями:

Должен вам сказать, товарищи, по совести, что я не заслужил доброй половины тех похвал, которые здесь раздавались по моему адресу. Оказывается, я и герой Октября, и руководитель компартии Советского Союза, и руководитель Коминтерна, чудо-богатырь и всё, что угодно. Всё это пустяки, товарищи, и абсолютно ненужное преувеличение. В таком тоне говорят обычно над гробом усопшего революционера. Но я ещё не собираюсь умирать.

(Сталин И.В. Ответ на приветствия рабочих главных железнодорожных мастерских в Тифлисе 8 июня 1926 г. // Сталин И.В. Сочинения. Т.8. М., 1948. С.173).


Но если вождь советского народа так тяготился своим культом, почему же он его не запретил? Ответ на этот «каверзный вопрос» можно найти в состоявшейся 8 января 1937 года беседе Сталина с писателем Лионом Фейхтвангером (Максименков Л. Очерки номенклатурной истории советской литературы. Западные пилигримы у сталинского престола (Фейхтвангер и другие) // Вопросы литературы. 2004. №2. С.257–260):
Фейхтвангер. Я здесь всего 4–5 недель. Одно из первых впечатлений: некоторые формы выражения уважения и любви к вам кажутся мне преувеличенными и безвкусными. Вы производите впечатление человека простого и скромного. Не являются ли эти формы для вас излишним бременем?

Сталин. Я с вами целиком согласен. Неприятно, когда преувеличивают до гиперболических размеров. В экстаз приходят люди из-за пустяков. Из сотен приветствий я отвечаю только на 1–2, не разрешаю большинство их печатать, совсем не разрешаю печатать слишком восторженные приветствия, как только узнаю о них. В девяти десятых этих приветствий - действительно полная безвкусица. И мне они доставляют неприятные переживания.

Я хотел бы не оправдать - оправдать нельзя, а по-человечески объяснить, - откуда такой безудержный, доходящий до приторности восторг вокруг моей персоны. Видимо, у нас в стране удалось разрешить большую задачу, за которую поколения людей бились целые века - бабувисты, гебертисты, всякие секты французских, английских, германских революционеров. Видимо, разрешение этой задачи (её лелеяли рабочие и крестьянские массы): освобождение от эксплуатации вызывает огромнейший восторг. Слишком люди рады, что удалось освободиться от эксплуатации. Буквально не знают, куда девать свою радость.

Очень большое дело - освобождение от эксплуатации, и массы это празднуют по-своему. Всё это приписывают мне, - это, конечно, неверно, что может сделать один человек? Во мне они видят собирательное понятие и разводят вокруг меня костёр восторгов телячьих.

Фейхтвангер. Как человек, сочувствующий СССР, я вижу и чувствую, что чувства любви и уважения к вам совершенно искренни и элементарны. Именно потому, что вас так любят и уважают, не можете ли вы прекратить своим словом эти формы проявления восторга, которые смущают некоторых ваших друзей за границей?

Сталин. Я пытался несколько раз это сделать. Но ничего не получается. Говоришь им - нехорошо, не годится это. Люди думают, что это я говорю из ложной скромности.

Хотели по поводу моего 55-летия поднять празднование. Я провёл через ЦК ВКП(б) запрещение этого. Стали поступать жалобы, что я мешаю им праздновать, выразить свои чувства, что дело не во мне. Другие говорили, что я ломаюсь. Как воспретить эти проявления восторгов? Силой нельзя. Есть свобода выражения мнений. Можно просить по-дружески.

Это проявление известной некультурности. Со временем это надоест. Трудно помешать выражать свою радость. Жалко принимать строгие меры против рабочих и крестьян.

Очень уже велики победы. Раньше помещик и капиталист был демиургом, рабочих и крестьян не считали за людей. Теперь кабала с трудящихся снята. Огромная победа! Помещики и капиталисты изгнаны, рабочие и крестьяне - хозяева жизни. Приходят в телячий восторг.

Народ у нас ещё отстаёт по части общей культурности, поэтому выражение восторга получается такое. Законом, запретом нельзя тут что-либо сделать. Можно попасть в смешное положение. А то, что некоторых людей за границей это огорчает, тут ничего не поделаешь. Культура сразу не достигается. Мы много в этой области делаем: построили, например, за одни только 1935 и 1936 годы в городах свыше двух тыс. новых школ. Всеми мерами стараемся поднять культурность, Но результаты скажутся через 5–6 лет. Культурный подъём идёт медленно. Восторги растут бурно и некрасиво.

Фейхтвангер. Я говорю не о чувстве любви и уважения со стороны рабочих и крестьянских масс, а о других случаях. Выставляемые в разных местах ваши бюсты - некрасивы, плохо сделаны. На выставке планировки Москвы, где всё равно прежде всего думаешь о вас, - к чему там плохой бюст? На выставке Рембрандта, развёрнутой с большим вкусом, к чему там плохой бюст?

Сталин. Вопрос закономерен. Я имел в виду широкие массы, а не бюрократов из различных учреждений. Что касается бюрократов, то о них нельзя сказать, что у них нет вкуса. Они боятся, если не будет бюста Сталина, то их либо газета, либо начальник обругает, либо посетитель удивится. Это область карьеризма, своеобразная форма “самозащиты” бюрократов: чтобы не трогали, надо бюст Сталина выставить.

Ко всякой партии, которая побеждает, примазываются чуждые элементы, карьеристы (Здесь Сталин косвенно цитирует Ленина: «Мы боимся чрезмерного расширения партии, ибо к правительственной партии неминуемо стремятся примазаться карьеристы и проходимцы, которые заслуживают только того, чтобы их расстреливать» - Ленин В.И. Детская болезнь «левизны» в коммунизме // Ленин В.И. Полн. собр. соч. 5-е изд. Т.41. М., 1970. С.30). Они стараются защитить себя по принципу мимикрии - бюсты выставляют, лозунги пишут, в которые сами не верят. Что касается плохого качества бюстов, то это делается не только намеренно (я знаю, это бывает), но и по неумению выбрать. Я видел, например, в первомайской демонстрации портреты мои и моих товарищей: похожие на всех чертей. Несут люди с восторгом и не понимают, что портреты не годятся. Нельзя издать приказ, чтобы выставляли хорошие бюсты - ну их к чёрту! Некогда заниматься такими вещами, у нас есть другие дела и заботы, на эти бюсты и не смотришь.


Таким образом, у «культа» было два источника. Во-первых, искреннее чувство благодарности к новой власти, персонифицированной в личности Сталина, со стороны широких масс населения. Бороться с этим очень трудно. В качестве наглядного эксперимента, попробуйте пресечь поток дружеских восхвалений в свой адрес на собственном дне рождения. Если просить мягко и деликатно, ничего не получится. Если требовать настойчиво и жёстко - рискуете всерьёз поссориться с друзьями.

Во-вторых, сознательная лесть со стороны настырно лезущих наверх карьеристов и проходимцев. Как справедливо заметил неизвестный автор стихотворного ответа Евгению Евтушенко:

А культ?.. В подхалимском угаре
Действительно пышно он цвёл.
Тебе же подобные твари
Создали ему ореол.


И действительно, будущий ревностный обличитель сталинизма при жизни Сталина усердно сочинял холуйские стихи:


Я знаю:
Вождю
бесконечно близки
мысли
народа нашего.
Я верю:
здесь расцветут цветы,
сады
наполнятся светом.
Ведь об этом
мечтаем
и я
и ты,
значит
думает Сталин
об этом!

(Евтушенко Е. Здесь будет канал // Евтушенко Е. Разведчики грядущего. Книга стихов. М., 1952. С.48)

Я знаю:
грядущее видя вокруг,
склоняется
этой ночью
самый мой лучший на свете друг
в Кремле
над столом рабочим.
Весь мир перед ним -
необъятной ширью!
В бессонной ночной тишине
он думает
о стране,
о мире,
он думает
обо мне.
Подходит к окну.
Любуясь столицей,
тепло улыбается он.
А я засыпаю,
и мне приснится
очень
хороший
сон.

(Евтушенко Е. Ночь идёт по Москве // Там же. С.70–71)


Сталин против культа Сталина

Тем не менее, Сталин пытался по мере сил бороться с культом своей личности.

В 30-е годы в частных письмах-указаниях, в качестве цензора художественной литературы, киносценариев или редактора партийной публицистики, он [Сталин. - И.П.]неоднократно и настойчиво советовал заменять слово “Вождь” (Сталин) на “Центральный Комитет ВКП(б)” (то есть на метафору коллективного вождя).

(Максименков Л. Культ. Заметки о словах-символах в советской политической культуре // Свободная мысль. 1993. №10. С.27).


Например, в пьесе «Ложь» (1933 г.) молодого, но уже известного драматурга А.Н. Афиногенова один из её героев, заместитель наркома Рядовой, в споре с бывшим оппозиционером Накатовым произносит пафосную тираду:

Я говорю о нашем Центральном комитете... Я говорю о вожде, который ведёт нас, сорвав маски со многих высокообразованных лидеров, имевших неограниченные возможности и обанкротившихся. Я говорю о человеке, сила которого создана гранитным доверием сотен миллионов. Имя его на всех языках мира звучит как символ крепости большевистского дела. И вождь этот непобедим.

(Там же. С.28).


Поскольку, в отличие от нынешней РФ, в тоталитарном СССР свобода творчества напрочь отсутствовала, рукопись пьесы попала к Сталину, и тот внёс в её текст изменения. В частности, процитированный фрагмент «непобедимый вождь» отредактировал следующим образом:

Я говорю о нашем Центральном комитете, который ведёт нас, сорвав маски со многих высокообразованных лидеров, имевших неограниченные возможности и обанкротившихся. Я говорю о Центральном комитете партии коммунистов Советской страны, сила которого создана гранитным доверием сотен миллионов. Знамя его на всех языках мира звучит как символ крепости большевистского дела. И этот коллективный вождь непобедим.

(РГАСПИ. Ф.558. Оп.1. Д.5088. Л.84–85. Цит. по: Максименков Л. Культ. Заметки о словах-символах... С.28).


Редакторская правка сопровождалась комментарием:

P.S. Зря распространяетесь о «вожде». Это не хорошо и, пожалуй, не прилично. Не в «вожде» дело, а в коллективном руководителе - в ЦК партии. И. Ст[алин]

(РГАСПИ. Ф.558. Оп.1. Д.5088. Л.118об. Цит. по: Максименков Л. Культ. Заметки о словах-символах... С.28).


В 1936 году выходит в свет биографический очерк о жизни Серго Орджоникидзе, составленный М.Д. Орахелашвили. Сталин прочитал эту книгу и на ее страницах оставил много пометок:

В этот тяжёлый для пролетарской революции период [лето 1917 года. - И.П.], когда перед лицом надвинувшейся опасности многие дрогнули, на посту руководителя ЦК и петроградской партийной организации твёрдо оставался товарищ Сталин. Тов. Орджоникидзе был непрерывно с ним, ведя под его руководством энергичную, беззаветную борьбу за ленинские лозунги партии.


Приведенная цитата подчёркнута Сталиным, а на полях он красным карандашом написал: «А ЦК? А партия?»

В другом месте шла речь о VI съезде РСДРП (лето 1917 года), о том, как Ленин, скрываясь в Разливе, «давал руководящие указания по вопросам, стоявшим в повестке дня съезда. Для получения директив Ленина т. Орджоникидзе, по поручению Сталина, дважды ездил к Ленину в шалаш».

И опять сталинская пометка: «А ЦК где?» (Максименков Л. Культ. Заметки о словах-символах... С.28–29).

27 января 1937 года, просмотрев сценарий кинофильма «Великий гражданин», Сталин направил письмо руководителю советской кинематографии Б.З. Шумяцкому, в котором среди других критических замечаний было и такое:

Упоминание о Сталине нужно исключить. Вместо Сталина следовало бы поставить ЦК партии.

(Там же. С.28)


В процитированной выше беседе с Фейхтвангером Сталин упомянул о том, что запретил празднование своего 55-летия. Так оно и было. На письме Всесоюзного общества старых большевиков, в котором предлагалось использовать этот юбилей для пропагандистской кампании, Сталин наложил резолюцию: «Я против, так как подобные начинания ведут к усилению “культа личностей”, что вредно и несовместимо с духом нашей партии» (Вопросы истории КПСС. 1990. №3. С.104.).

19 декабря 1934 года по заявлению Сталина Политбюро принимает решение: «Уважить просьбу т. Сталина о том, чтобы 21 декабря в день пятидесятипятилетнего юбилея его рождения никаких празднеств или торжеств или выступлений в печати или на собраниях не было допущено» (РГАСПИ. Ф.17. Оп.163. Ед.хр.1048. Л.26. Цит. по: Максименков Л. Очерки номенклатурной истории советской литературы... С.258). Выписки были посланы в Тифлис, в Киев, в газеты «Правда» и «Известия», в Ташкент, редакторам газет: «Заря Востока» - Григорьян, «Коммунист» - Попов, «Правда Востока», «Ленинградская правда» и т.д. (Максименков Л. Очерки номенклатурной истории советской литературы... С.258)

В 1937–1938 годах неоднократно озвучивалась идея переименовать Москву в Сталинодар. Такое предложение высказывали, например, отдельные делегаты состоявшегося 15–21 января 1937 года Чрезвычайного XVII Всероссийского съезда Советов (Старков Б.А. Как Москва чуть не стала Сталинодаром // Известия ЦК КПСС. 1990. №12. С.126).

Из письма члена ВКП(б), москвича Д.Зайцева наркому внутренних дел СССР Н.И. Ежову, 28 декабря 1937 года:

Теперешняя социалистическая Москва, являющаяся колыбелью грядущего коммунистического общества, должна стать исторической вехой великой сталинской эпохи... Гений Сталина является историческим даром человечеству, его путеводной звездой на путях развития и подъёма на высшую ступень. Поэтому я глубоко убеждён в том, что всё человечество земного шара нашей эпохи и всё человечество многих будущих веков с удовлетворением и радостью воспримет переименование Москвы в Сталинодар (Подчёркнуто автором письма. - И.П.). Сталинодар будет гордо и торжественно звучать многие тысячелетия, ибо он понесёт в века торжество и гордость героических побед нынешних поколений, и миллионы беззаветно преданных делу коммунизма людей в этом торжестве будут видеть плоды своей борьбы, своего труда. И каждый гражданин нашей родины будет горд тем, что имя великого Сталина будет прославлено на скрижалях города, являющегося колыбелью мирового коммунизма.

(Старков Б.А. Как Москва чуть не стала Сталинодаром // Известия ЦК КПСС. 1990. №12. С.126).


На основании подобных обращений референты Н.И. Ежова подготовили проект представления в Верховный Совет СССР о переименовании Москвы в город Сталинодар. Оно было направлено в Политбюро ЦК ВКП(б) и Президиумы Верховных Советов СССР и РСФСР.

И опять Иосиф Виссарионович не пошёл на поводу у льстецов. М.И. Калинин проинформировал Президиумы Верховного Совета СССР и РСФСР о том, что Сталин категорически против этого предложения. Москва осталась Москвой (Там же. С.127).

В дневнике будущего руководителя социалистической Болгарии Георгия Димитрова есть запись о торжественном обеде на кремлёвской квартире К.Е. Ворошилова в связи с 20-летием Великой Октябрьской социалистической революции. Взяв слово для тоста, Димитров стал развивать мысль о Сталине как продолжателе дела Ленина:

Д[имитров]: ...Нельзя говорить о Ленине, не связывая его со Сталиным! (Все поднимают бокалы!)

Сталин: Я очень уважаю т. Димитрова. Мы друзья и останемся друзьями. Но я не согласен с ним. Он даже не по-марксистски выразился. Для победы дела необходимы соответствующие условия, а вожди найдутся.

(Ферр Г. Антисталинская подлость / Пер. с англ. В.Л. Боброва. М., 2007. С.272).


А вот письмо Сталина в Детиздат при ЦК ВЛКСМ от 16 февраля 1938 года:

тт. Андрееву (Детиздат ЦК ВЛКСМ)

Я решительно против издания «Рассказов о детстве Сталина».

Книжка изобилует массой фактических неверностей, искажений, преувеличений, незаслуженных восхвалений. Автора ввели в заблуждение охотники до сказок, брехуны (может быть, «добросовестные» брехуны), подхалимы. Жаль автора, но факт остаётся фактом.

Но это не главное. Главное состоит в том, что книжка имеет тенденцию вкоренить в сознание советских детей (и людей вообще) культ личностей, вождей, непогрешимых героев. Это опасно, вредно. Теория «героев» и «толпы» есть не большевистская, а эсеровская теория. Герои делают народ, превращают его из толпы в народ - говорят эсеры. Народ делает героев - отвечают эсерам большевики. Книжка льёт воду на мельницу эсеров. Всякая такая книжка будет лить воду на мельницу эсеров, будет вредить нашему общему большевистскому делу.

Советую сжечь книжку.

(Поспелов П.Н. Пятьдесят лет Коммунистической партии Советского Союза // Вопросы истории. 1953. №11. С.21)


Ещё одна запись из дневника Димитрова, от 26 апреля 1939 года. Обсуждается первомайское воззвание Коминтерна. На вопрос Сталина, видел ли Димитров текст воззвания, тот ответил, что в последней редакции - нет, но что это - плод коллективного творчества, а Мануильский - главный редактор. Сталин обратил внимание на фрагменты воззвания, восхваляющие его личность (Да здравствует наш Сталин! Сталин - это мир! Сталин - это коммунизм! Сталин - наша победа!), и заявил:

Мануильский - подхалим! Он был троцкистом! Мы его критиковали, что когда шла чистка троцкистских бандитов, он молчал, не выступал, а он начал подхалимничать. Это что-то подозрительно! Его статья в «Правде» «Сталин и мировое коммунистическое движение» вредная, провокационная статья.


«Иосиф Виссарионович, - записал далее Димитров, - не согласился оставить в воззвании “под знаменем Маркса - Энгельса - Ленина - Сталина”, а только “Маркса - Энгельса - Ленина”» (Ферр Г. Антисталинская подлость. С.273).

Несостоявшийся орден

Не изменилось отрицательное отношение вождя советского народа к собственному «культу» и в 1940-е годы. Так, на учреждённом 8 ноября 1943 года знаменитом солдатском ордене «Славы» первоначально планировалось поместить сталинский барельеф, однако Иосиф Виссарионович забраковал этот вариант:

И эскиз стали переделывать. Над ним Москалёв колдовал в течение трёх дней. В результате на ордене появилось слово «Слава», давшее потом имя новой государственной награде, а в центре барельеф Багратиона Москалёв заменил сталинским.

Хрулёв, как писал в своих воспоминаниях Резниченко, понёс работу Москалёва Сталину. Тот, посмотрев внимательно на своё изображение, сказал:

- У нас есть Спасская башня.

Это сердце Москвы. Вот Спасскую башню и надо поместить!»

(Пахомов В. «Слава», озарённая «Победой» // Советская Россия. 2003, 23 октября. №119(12462). С.3)


На учреждённом одновременно с орденом «Славы» высшем военном ордене «Победа» первоначально планировалось разместить барельефы Ленина и Сталина, однако и здесь по настоянию вождя они были заменены на изображение Спасской башни Кремля (Дуров В.А. Орден Ленина. Орден Сталина (проект). Б.м., 2005. С.97).

Позднее барельеф Сталина всё-таки был помещён на медалях «За победу над Германией», «За победу над Японией» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». Двойные барельефы - Ленин и Сталин - изображены на медали «Партизану Великой Отечественной войны» (1943) и юбилейной медали «30 лет Советской Армии и Флота» (1948).

Вскоре после окончания Великой Отечественной войны группа высших руководителей выступила со следующей инициативой:


В ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП(б)

Вносим на рассмотрение Политбюро следующие предложения:

1. Наградить тов. Сталина орденом «Победа»;

2. Присвоить тов. Сталину звание Героя Советского Союза;

3. Учредить орден Сталина;

4. Соорудить Сталинскую Арку Победы при въезде в Москву на автостраде Москва - Минск.

Соответствующие Указы предлагаем принять на XII сессии Верховного Совета.

В.Молотов, Л.Берия, Г.Маленков, К.Ворошилов, А.Микоян.

В левом верхнем углу документа есть пометка карандашом: «Мой архив. И.Сталин» (Там же. С.98).


Первый пункт не вызвал у Сталина неприятия, поскольку его деятельность на посту Верховного главнокомандующего вполне соответствовала статуту ордена «Победа». Только глупцы и демагоги могут утверждать, будто победа в Великой Отечественной войне была одержана «не благодаря, а вопреки Сталину».

Что же касается звания Героя Советского Союза, то Сталин не считал себя достойным этой награды и никогда не надевал медаль «Золотая Звезда». Вот что рассказывал Молотов в одной из бесед с писателем Феликсом Чуевым в 1970-е годы:

Сталин сказал, что он не подходит под статус Героя Советского Союза. Героя присваивают за лично проявленное мужество.

«Я такого мужества не проявил», - сказал Сталин.

И не взял Звезду. Его только рисовали на портретах с этой Звездой. Когда он умер, Золотую Звезду Героя Советского Союза выдал начальник Наградного отдела. Её прикололи на подушку и несли на похоронах.

Сталин носил только одну звёздочку - Героя Социалистического Труда... - добавляет Молотов.

(Чуев Ф. Сто сорок бесед с Молотовым. М., 1991. С.254).


Владимир Аллилуев, вспоминая события 1945 года, отмечает:

На другой день после парада Указом Президиума Верховного Совета СССР И.В. Сталину было присвоено звание Героя Советского Союза. Инициативу в этом проявил Маленков, но Сталин от этой высокой чести отказался, да ещё с Калининым, подписавшим Указ, поговорил круто - я, мол, в боевых действиях участия не принимал, подвигов не совершал, я просто руководитель.

(Аллилуев В.Ф. Хроника одной семьи: Аллилуевы - Сталин. М., 1995. С.195).


Два последних пункта - насчёт ордена Сталина и Сталинской Арки - были отвергнуты.

Кстати, спустя четыре года, в связи с 70-летием вождя вновь возник вопрос об учреждении ордена Сталина. Были изготовлены пробные экземпляры орденских знаков, подготовлен проект Указа Президиума Верховного Совета СССР, разработан Статут награды (Дуров В.А. Орден Ленина. Орден Сталина (проект). Б.м., 2005. С.98). Однако «падкий на лесть тиран» вновь отказался учреждать орден имени себя.


Всем известен памятник советскому воину-освободителю в Трептов-парке. Гораздо менее известно, что первоначально на этом месте планировалось поставить статую Сталина.

Я спросил:

Евгений Викторович, а правду ли говорят, что вокруг проекта памятника советским солдатам в Трептов-парке Берлина тоже были долгие споры?

Да, споры были. К тому же поначалу и я сам имел несколько вариантов скульптурного ансамбля-памятника...

Вучетич рассказал о некоторых подробностях проектирования и сооружения известного ныне всем тридцатиметрового бронзового воина-освободителя. Толчком к творческим поискам послужила его беседа с маршалом К.Е. Ворошиловым в августе 1945 года. Климент Ефремович подсказал: «Недавно Потсдамскую декларацию победителей от имени советского народа подписал товарищ Сталин. Значит, в центре ансамбля-памятника должен быть он - во весь рост из бронзы с изображением Европы или глобусным полушарием в руках».

Вучетич довольно быстро выполнил данный ему заказ, но в душе не совсем остался доволен собой. Сделал несколько заготовок в глине: «Солдат-победитель со знаменем», «Солдат с автоматом!..» Несколько рассказанных ему случаев о спасении немецких детей окрылили художника на новый творческий поиск, и он создал скульптуру «Солдат с ребёнком на груди». Когда видоизменил её, обогатил содержание, то получилась скульптурная композиция «Воин-освободитель».

Старательно вылепил этого богатыря-воина и поставил рядом с генералиссимусом. Вначале в мастерской, а потом в одном из залов Московского Кремля.

Члены художественного совета сосредоточили свое внимание на полутораметровой скульптурной фигуре генералиссимуса, фигуру солдата с девочкой на груди будто не замечают. Но вот появился И.В. Сталин. Не торопясь, прошел вокруг стола, на котором стояли эскизы, повернувшись к скульптору, спросил:

Слушайте, Вучетич, вам не надоел этот... с усами? - он нацелился мундштуком трубки в лицо полутораметровой фигуры.

Это пока эскиз, - попытался кто-то заступиться за скульптора.

Это тоже эскиз, - ответил Вучетич.

Тоже и... кажется, не то же, - заметил Сталин. - Покажите...

Вучетич снял целлофан с фигуры солдата. Сталин скупо улыбнулся и сказал:

Вот этого солдата мы и поставим в центре Берлина на высоком могильном холме... Так и порешили... Пусть этот великан в бронзе, победитель несет на своей груди девочку - светлые надежды народа, освободившего мир от коричневой чумы.


Как мы помним, Иосиф Виссарионович отказался праздновать своё 55-летие. 60-летие Сталина совпало с советско-финляндской войной, а 65-летие - с Великой Отечественной, устройство помпезных празднеств в те годы было неуместным. Однако и в 1949 году Сталин был против пышных торжеств по случаю своего 70-летия, с большой неохотой поддавшись на уговоры соратников:

Сталину сообщили, что члены Политбюро высказываются за то, чтобы широко отметить семидесятилетие со дня его рождения. Иосиф Виссарионович категорически возражал.

Думаю, - сказал Поскрёбышев, - что Политбюро всё же примет такое решение, и товарищу Сталину придётся подчиниться. Ведь его юбилей, по замыслу Политбюро, имеет большое политическое значение: во-первых, для усиления влияния коммунистических, рабочих партий на массы, и, во-вторых, это прекрасный повод для того, чтобы лидеры всех коммунистических и рабочих партий собрались в Москве, а там, сами знаете, какие актуальные вопросы они обсудят. Сталин не может игнорировать эти обстоятельства, он должен будет дать согласие...

Поскрёбышев попытался заговорить о предстоящем юбилее, но Сталин не терпящим возражений тоном остановил его:

Изберите другую тему. Больше об этом... не заговаривали.

Несмотря на возражения Сталина, Политбюро приняло решение о праздновании его семидесятилетнего юбилея. Был образован юбилейный комитет во главе с Н.М. Шверником.

(Ферр Г. Антисталинская подлость. М., 2007. С.273–274)


«Краткая биография» и хрущёвский доклад

Если верить Хрущёву, одним из наиболее вопиющих проявлений «культа личности» стало издание в конце 1940-х годов «Краткой биографии» Сталина:

Одним из наиболее характерных проявлений самовосхваления и отсутствия элементарной скромности у Сталина является издание его «Краткой биографии», вышедшей в свет в 1948 году.
...
Нет необходимости цитировать тошнотворно-льстивые характеристики, нагромождённые в этой книге одна на другую. Следует только подчеркнуть, что все они одобрены и отредактированы лично Сталиным, а некоторые из них собственноручно вписаны им в макет книги.

Что же Сталин счёл необходимым вписать в эту книгу? Может быть, он стремился умерить пыл лести составителей его «Краткой биографии»? Нет. Он усиливал именно те места, где восхваление его заслуг казалось ему недостаточным.

Вот некоторые характеристики деятельности Сталина, вписанные рукою самого Сталина:

«В этой борьбе с маловерами и капитулянтами, троцкистами и зиновьевцами, бухариными и каменевыми окончательно сложилось после выхода Ленина из строя то руководящее ядро нашей партии..., которое отстояло великое знамя Ленина, сплотило партию вокруг заветов Ленина и вывело советский народ на широкую дорогу индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства. Руководителем этого ядра и ведущей силой партии и государства был тов. Сталин».

«Мастерски выполняя задачи вождя партии и народа, имея полную поддержку всего советского народа, Сталин, однако, не допускал в своей деятельности и тени самомнения, зазнайства, самолюбования».

Где и когда мог какой-либо деятель так прославлять самого себя? Разве это достойно деятеля марксистско-ленинского типа? Нет. Именно против этого так решительно выступали Маркс и Энгельс. Именно это всегда резко осуждал Владимир Ильич Ленин.

(О культе личности и его последствиях. Доклад Первого секретаря ЦК КПСС тов. Хрущёва Н.С. XX съезду Коммунистической партии Советского Союза // Известия ЦК КПСС. 1989. №3. С.157)


Прервём поток хрущёвского красноречия и всё-таки заглянем в эту «тошнотворно-льстивую книгу»:

В этой борьбе с маловерами и капитулянтами, троцкистами и зиновьевцами, бухариными и каменевыми окончательно сложилось после выхода Ленина из строя то руководящее ядро нашей партии в составе Сталина, Молотова, Калинина, Ворошилова, Куйбышева, Фрунзе, Дзержинского, Кагановича, Орджоникидзе, Кирова, Ярославского, Микояна, Андреева, Шверника, Жданова, Шкирятова и других, - которое отстояло великое знамя Ленина, сплотило партию вокруг заветов Ленина и вывело советский народ на широкую дорогу индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства. Руководителем этого ядра и ведущей силой партии и государства был товарищ Сталин.

Мастерски выполняя задачи вождя партии и народа и имея полную поддержку всего советского народа, Сталин, однако, не допускал в своей деятельности и тени самомнения, зазнайства, самолюбования. В своём интервью немецкому писателю Людвигу, где он отмечает великую роль гениального Ленина в деле преобразования нашей родины, Сталин просто заявляет о себе: «Что касается меня, то я только ученик Ленина, и моя цель - быть достойным его учеником» (И. Сталин. Беседа с немецким писателем Эмилем Людвигом, 1938 г., стр.3).

(Иосиф Виссарионович Сталин. Краткая биография. 2-е изд., испр. и доп. М., 1950. С.104–105)


Жирным шрифтом выделены куски текста, старательно пропущенные Хрущёвым. Нетрудно заметить, что они существенно меняют дело. В первом случае Сталин позиционирует себя как «первого среди равных» в коллективном партийном руководстве (К досаде Никиты Сергеевича, фамилия «Хрущёв» в этом перечне отсутствует). Во втором - подчёркивает, что не считает себя равным Ленину, а всего лишь является его учеником.

Вернёмся к хрущёвскому докладу:

Позволю себе привести ещё одну вставку, сделанную Сталиным в отношении сталинского военного гения:

«Товарищ Сталин, - пишет он, - развил дальше передовую советскую военную науку. Товарищ Сталин разработал положение о постоянно действующих факторах, решающих судьбу войны, об активной обороне и законах контрнаступления и наступления, о взаимодействии родов войск и боевой техники в современных условиях войны, о роли больших масс танков и авиации в современной войне, об артиллерии, как самом могучем роде войск. На разных этапах войны сталинский гений находил правильные решения, полностью учитывающие особенности обстановки». (Движение в зале.)

«Сталинское военное искусство проявилось как в обороне, так и в наступлении. С гениальной проницательностью разгадывал товарищ Сталин планы врага и отражал их. В сражениях, в которых товарищ Сталин руководил советскими войсками, воплощены выдающиеся образцы военного оперативного искусства».

Так прославлялся Сталин как полководец. Но кем же? Самим же Сталиным, но выступающим уже не в роли полководца, а в роли автора-редактора, одного из главных составителей своей хвалебной биографии.

(О культе личности и его последствиях. Доклад Первого секретаря ЦК КПСС тов. Хрущёва Н.С. ... С.158)


Во-первых, Сталин не был «одним из главных составителей» своей биографии. Её второе издание, о котором идёт речь, примерно на 90% повторяет текст первого издания 1939 года (Максименков Л. Культ. Заметки о словах-символах в советской политической культуре // Свободная мысль. 1993. №10. С.31–32). В написании которого Сталин не только не участвовал, но даже не редактировал.

14 декабря 1939 года на имя вождя был отправлен макет книги с сопроводительным письмом Митина и Поспелова: «Дорогой товарищ Сталин. Посылаем проект Вашей “Краткой биографии”, подготовленной ИМЭЛом совместно с Управлением пропаганды и агитации. Просим просмотреть эту работу и дать Ваши указания о возможности её публикации».

Сталин подчеркнул весь текст сопроводительной записки и написал поперёк страницы карандашом: «Некогда “просматривать”. Вернуть в “ИМЭЛ”. И. Сталин» (РГАСПИ. Ф.558. Оп.1. Д.3226. Л.1. Цит. по: Максименков Л. Культ. Заметки о словах-символах... С.33).

Кто же авторы текста сталинской биографии? В ноябре 1946 года в адрес А.Н. Поскрёбышева была направлена справка за подписью В.С. Кружкова: «Краткую биографию И.В. Сталина (прежний текст) готовили: 1) Познер С.М. 2) Черемных П.С. 3) Волин М.С. 4) Мочалов В.Д. Редактировали: 1) Митин М.Б. 2) Александров Г.Ф. 3) Поспелов П.Н. 4) Минц И.И.

Добавления к 10 главе, 11 главу и вставки в конце биографии готовили: 1) Сутоцкий С Б. 2) Галактионов М.Р. 3) Обичкин Г.Д. Редактировали: 1) Александров Г.Ф. 2) Федосеев П.Н. 3) Кружков В.С.» (РГАСПИ. Ф.629. Оп.1. Д.55. Л.52. Цит. по: Максименков Л. Культ. Заметки о словах-символах... С.34).

Процитированные Хрущёвым отрывки как раз и относятся к 11-й главе, посвящённой Великой Отечественной войне, и написаны военным журналистом, генерал-майором М.Р. Галактионовым. Сталин действительно редактировал этот текст, однако, вопреки Хрущёву, сталинские правки снижали градус восхвалений. Так «генералиссимус Сталин» был заменён на «товарища Сталина», разработанное им «учение о постоянно действующих факторах» - на «положение о постоянно действующих факторах», а «бессмертные образцы военного оперативного искусства» стали всего лишь «выдающимися» (Максименков Л. Культ. Заметки о словах-символах... С.33).

Как мы видим, Сталин вовсе не был падким на лесть честолюбцем, каким его рисуют обличители.

Говорят, что однажды, выговаривая сыну Василию за его очередную выходку, Иосиф Виссарионович в сердцах произнёс:

Думаешь, ты Сталин? Нет! Думаешь, я Сталин? Нет! Это он - Сталин! - и показал на свой портрет.


Не знаю, была ли эта история на самом деле, но она хорошо передаёт отношение Сталина к своему «культу».

Некоторые историки считают, что культ Сталина возник в 1926 - 1927 гг. Во многих выступлениях лидеров «левой» оппозиции уже тогда звучал протест против нарождающегося в партии культа. Но то было лишь начало возвышения Сталина. Внешне он держался с подчеркнутой демократичностью, как бы противопоставляя себя «аристократу» Троцкому. Сталин был относительно доступен, грубоват и прост; он свободно ходил по зданию ЦК и Кремлю, гулял вокруг него без охраны, иногда запросто заходил в Институт красной профессуры побе­седовать со студентами.

Если в начале 20-х гг. в большинстве официальных учреждений можно было увидеть портреты Ленина и Троцкого (после 1924 г. портрет Троцкого почти везде убрали), то портретов Сталина еще нигде не было - их начали повсюду вывешивать только в 1930 г., после того, как в декабре 1929 г. с небывалой для того времени пом­пезностью было отмечено его 50-летие. Сталина в при­ветствиях называли не только «замечательным», «выдающимся», но уже и «великим», «гениальным». В сборнике статей и воспоминаний о Сталине, выпущенном в 1929 г., содержалось немало преувеличений и искажений. Настойчиво повторялась мысль, что «…при жизни Ленина т. Сталин, будучи одним из его учеников, был, однако, единственным, самым надежным его помощником, который, в отличие от других, на всех важнейших этапах революции, на всех крутых поворотах, проделанных партией под руководством Владимира Ильича, без коле­баний шел рука об руку с ним». Авторы сборника стремились доказать, что, хотя Сталина знают в партии ско­рее как практика, в действительности он и крупнейший теоретик марксизма-ленинизма.

К.Е.Ворошилов в своей статье «Сталин и Красная Армия» приписал Сталину такие заслуги в гражданской войне, которых и в помине не было. В 1931 г. в преди­словии к 6-томному собранию сочинений В.И.Ленина редактор этого издания В.В.Адоратский писал, что работы Ленина надо изучать через труды Сталина. В новые из­дания своих книг по истории ВКЩ б) Ем.Ярославский и А.Бубнов вписывали страницы о «заслугах» Сталина.

Можно предположить, что во всех этих восхвалениях, значительно усилившихся после январского Пленума ЦК 1933 г., было немало искреннего. Но еще больше было заботливо поощряемого подхалимского усердия. То, что первыми стали прибегать к неумеренным восхвалениям Сталина члены Политбюро, особенно Молотов и Каганович, сразу придало этим восхвалениям характер официального политического курса, которого должны были придерживаться и те, кто никогда не счи­тал Сталина непогрешимым.

То и дело в газетах печатались статьи Пятакова, Зи­новьева, Каменева, которые в очередной раз признавали свои ошибки и правоту «великого вождя трудящихся всего мира - товарища Сталина». В первом номере «Правды» за 1934 г. была помещена огромная статья К.Радека, где он прямо захлебывался от восторга, говоря о Сталине. Через несколько дней эту статью издали отдельной брошюрой тиражом 225 тыс. экземпляров.

Культ Сталина служил не только его неумеренному тщеславию, но и столь же неумеренному властолюбию, ставил в особое положение, поднимал над партией на недосягаемую высоту и полностью изолировал от какой-либо критики. Это проявилось уже на XVII съезде ВКП(б), где почти каждый из выступавших говорил о «величии» и «гениальности» Сталина. Можно было подумать, что съезд собрался лишь для того, чтобы его чествовать.

Естественно, что через Коминтерн культ Сталина стал сразу же насаждаться и во всех зарубежных компартиях, а это не могло не повлиять на стиль и методы их работы. Пример ВКЩ б) поощрял к созданию культа собственных вождей, к извращению демократических принципов внутрипартийной жизни.

Не прошло еще и 60 лет, как страна распрощалась с «Великим вождем народа» Иосифом Виссарионовичем Сталиным. Младшее поколение знает его по учебникам истории и передачам, которые то и дело проходят в различных эфирах и раскрывают тайны и подробности его жизни. Старшее же поколение, вернее те, кто остался в живых, до сих помнят времена репрессий и страха, а некоторые и вовсе до сих пор почитают его и готовы пасть перед ним на колени. Так почему же мнения о бывшем правителе нашей страны разнятся, и почему сложился культ личности Сталина? Психология этого явления весьма непростая.

Причины появления культа личности Сталина

Само по себе понятие культа личности Сталина появилось сразу же после смерти вождя в 1953 году. Оно получило широкое распространение после появление доклада Н.С. Хрущева на ХХ съезде ЦК КПСС. Но обо всем по порядку.

Формирование культа личности Сталина началось еще 20-х годах ХХ века. В то время распространенным явлением было применение титулов к различным лидерам государства. Например, С.М. Кирова называли «Ленинградским вождем». Однако вождь должен быть один и этот титул достался Иосифу Виссарионовичу. В 1936 году в газете «Известия» появились первые стихотворения прославляющие «Вождя народа», автором которых является Борис Пастернак. В то же время именем Сталина активно начинают называть различные объекты, заводы, улицы и культурные центры. Тема вождя постоянно появляется в литературе, художественных произведениях, скульптуре и живописи. Усилиями творцов в середине 30-х годов был создан миф о том, что Иосиф Сталин является «отцом народов» и «великим учителем», а также «гением всех времен».

Немалую роль в формировании и развитии этого мифа сыграло массовое переселение крестьян в города и их трудоустройство на различные Советские стройки и производства. Для большинства граждан 30-40-х гг. ХХ века Сталин в социальном отношении действительно стал более значимым, чем родные отцы. Все дело в том, что сталинский режим был основан на истерии. Немало этому способствовало сексуальное вытеснение и репрессирование почти всех проявлений сексуальности. По этой причине вся сексуальная энергия народа направлялась на самого Сталина.

Также росту культа личности Сталина в СССР способствовало и разрушение в обществе религиозных представлений и верований. Отказ от веры порождал в психике граждан агрессию и разрушал гармонию между разумом и бессознательным. В итоге опустевшую нишу стала занимать не религия и мораль, а культы руководителей страны – В.И. Ленина, Л.Д. Троцкого и наконец, И.В. Сталина.

Разоблачение культа личности Сталина

Смерть «Вождя народа» 5 марта 1953 года положила начало изменению отношения к руководителю страны, к его личности и ко всему периоду его правления. Уже спустя два месяца после кончины Сталина прекратилось издание его произведений, через год были отменены его премии за укрепление мира и дружбы между народами, а также в области литературы, науки и искусства, которые впоследствии стали государственными.

Кроме того, состав руководства КПСС и Советского правительства был изменен и секретариат партии возглавил известный деятель Н.С. Хрущев. Именно ему выпало одно из центральных мест в работе по развенчанию культа личности Сталина. Началась реабилитация жертв репрессий, обновление кадров в органах госбезопасности и внутренних дел, а в печати все чаще стала появляться критика культа личности Сталина. Основную же роль сыграл доклад Н.С. Хрущева на 20 съезде КПСС «О культе личности и его последствиях» в феврале 1956 г. Основными тезисами доклада стали сведения о массовых репрессиях, переосмысление его деятельности как руководителя страны и негативных чертах характера «вождя народа». Фактически Хрущев сформировал миф, скрывающий настоящие мотивы действий руководителей страны. Делегаты ХХ съезда КПСС согласились с оценками периода культа личности Сталина, которые высказал Хрущев. Таким образом, своим докладом и последующими действиями Никита Сергеевич фактически уничтожил отца народа в общественных глазах. Ярким тому примером послужило вынесение тела «вождя» из мавзолея на Красной площади.

Поскольку миф о Сталине как отце народа прочно укрепился в общественном сознании, после его смерти и доклада Хрущева сформировался так называемый «Эдипов комплекс», который характеризовался с одной стороны уничтожением «отца народов», а с другой стороны глубоким чувством вины перед ним. Отказ от культа личности Сталина привел к вынужденному формированию аргументов, оправдывающих такое символическое уничтожение «Вождя народа». И в массовом сознании таким аргументом стала ненависть к И.В. Сталину и всему, что было им создано в период его правления. Последствия такого уничтожения культа личности Сталина привели к тому, что большинство граждан Советского Союза получили тяжелую психическую травму, от которой не могут оправиться и последующие поколения, которые выросли под воздействием родителей, живших при сталинском режиме. Пострадали и руководители власти, которые под действием того же «Эдипова комплекса» стали не способны к адекватной политической деятельности в плане развитии общества, экономики и государственного управления. Это привело к регрессу и коррупции практически во всех сферах деятельности. Таковы итоги культа личности Сталина. И пока граждане России и не смогут реально осмыслить, что стоит за мифологическими образами «вождя народа», в стране не появится настоящая стратегия развития и улучшения конкурентоспособности.

Любопытно, что в 2008 году состоялись телевизионные выборы «Имя Россия», в рамах которых должен бы определиться самый популярный человек в истории страны. Участниками голосования стали почти 4 498 840 человек. И среди 12 великих исторических деятелей после Александра Невского и П.А. Столыпина третье место занял И.В. Сталин. Этот факт более чем показателен, если учесть, что ни одного из 11-ти участников не проклинали так, как «вождя народа».